Пятница, Октябрь 20, 2017

Поиск на сайте

О Григории Ивановиче Бирюкове

БЫЛЬ О ВЕЧНОМ СОЛДАТЕ

ГАЗЕТЫ сообщали, что в сибирском городе Тобольске, в иконостасе старинной церкви, был найден пожелтевший от времени листок бумаги с торопливо набросанными карандашом словами:

«28 мая 1908 года.

Мы думаем, что через несколько десятков лет листок бумаги этой попадет в руки вольного человека, и горячо веруем, что тогда наше мрачное время будет забываться и великий народ при полной свободе с благодарностью будет вспоминать тех мучеников, которые ценой тяжких испытаний купили ему свободу. К числу их относимся и мы, политические каторжане Тобольской тюрьмы».
Письмо подписали семь человек, в основном, бывших солдат, приговоренных к каторге за борьбу против царизма. У каждого указан срок заключения. «Холопцев Михаил, солдат — вечный» (то есть приговоренный к каторге навечно) — гласит одна »з подписей.
Корреспонденты решили узнать о судьбе Холопцева. Поиски привели их в седо Почепное Курской области, где родился «вечный солдат». Освобожденный от каторги Великим Октябрем, Михаил Холопцев долгое время жил и работал а Тобольске, потом вернулся на родину. Последние годы провел с семьей во Владимире, где и умер в 1946 году.
Участие Михаила Холопцева в солдатском бунте против царской власти не было случайностью. Село Почепное, откуда он вышел, имеет богатейшие революционные и боевые традиции. Местные крестьяне сражались в отрядах Ивана Болотникова, активно участвовали в революции 1905 года. Во время Великой Отечественной войны трое жителей Почепного заслужили звание Героя Советского Союза. Когда гитлеровцы пришли в эти места, стар н млад поднялись на оккупантов. В Дмитриевском районе было восемь партизанских отрядов. В них сражались и жители Почепного. Они нанесли оккупантам немалый урон. Словом, геройское это село, Почепное.
Читал я об этом в газете «Правда», и в памяти оживали картины прошлого. И название героического села Почепное, и имя Михаила Холопцева я слышал еще на фронте в 1944 году от одного из самых храбрых офицеров нашей части — старшего лейтенанта Григория Ивановича Бирюкова, получившего за свои подвиги звание Героя Советского Союза. Это было его родное село.
Недавно исполнилась четверть века со дня гибели Григория Ивановича Бирюкова. В связи с этим я хочу рассказать о нём, тоже как и Михаил Холопцев, вечном солдате Родины.

О Григории Ивановиче Бирюкове Герой Советского Союза Г.И.Бирюков (снимок 1941г.)

ЭШЕЛОН стремительно летел по просторам Крыма на север. На глазах менялся ландшафт: вместо гор и холмов вокруг потянулась однообразная равнина. Симферополь, станции Сарабуз, Китай… И всюду следы недавно закончившихся боев. О многом напоминали они старшему лейтенанту Григорию Ивановичу Бирюкову.
Всего два месяца назад Бирюков со своей ротой пробивался по этим местам на юг, и Севастополю. Особенно жестокие схватки завязались тогда у Сарабуза. Овладев вместе с другими подразделениями этой крупной узловой железнодорожной станцией, рота двинулась дальше, но гитлеровцы контратаковали ее при поддержке трех танков.
Окажись на месте Бирюкова неопытный офицер, рота была бы смята и уничтожена. Но Бирюков не растерялся. Он приказал бойцам залечь в кювете шоссе. Сам, заняв укрытие, вытащил противотанковую гранату. Вот передний танк уже совсем близко. Григорий Иванович ловко метнул гранату прямо под гусеницу. Грохнул взрыв. Танк остановился. По примеру офицера бойцы стали бросать гранаты, бить из автоматов по пехоте. Гитлеровцы не выдержали и отступили.
Через несколько часов, когда двигались, дальше, командир взвода лейтенант Захаров заметил сзади в клубах пыли машины с пехотой. Бирюков поднес к глазам бинокль. Машины оказались немецкими. Появление гитлеровцев с тыла было в те дни обычным явлением. Наши передовые подразделения двигались на юг так быстро, что обогнали вражеские части, отступавшие от Сиваша и. Перекопа.
Бирюков решил не допустить, прорыва вражеской колонны к Симферополю.
— Без моего приказа не стрелять, — предупредил офицер.
Когда ничего не подозревавшие фашисты подъехали близко, Бирюков подал команду:
- Огонь!
Дружно ударили автоматы и винтовки. Машины оста¬новились, гитлеровцы стали выскакивать из них. Многие падали, сраженные пулями, остальные залегли и стали отстреливаться. Тут подошли вражеские танки. Под их прикрытием немцы попыта¬лись прорваться, на юг.
Командир быстро перегруппировал свои силы. Он расположил противотанковые ружья и пулеметы на флангах. Расчет оказался правильным. Немцы атаковали взвод лейтенанта Захарова, стоявший в центре. По заранее разработанному плану бойцы взвода стали отходить. Гитлеровцы устремились за ними. И тогда с флангов по ним ударили противотанковые ружья н пулеметы. Бронебойщик Иван Парасочка поджег танк. В результате короткого, но упорного боя колонна была разгромлена.
А потом — бои за Севастополь. Рота Бирюкова составляла штурмовую группу, прокладывавшую путь всему батальону. Она сблизилась с противником одним стремительным броском.
Совсем рядом — вражеская траншея. Немцы открыли ураганный огонь. Воины залегли. Тогда офицер с возгласом «За мной!» первым бросился на врага.
Увидев любимого командира впереди, солдаты дружно поднялись и побежали к немецкой траншее. А Бирюков уже схватился с тремя гитлеровцами. Двух он уложил на месте, третий — огромный рыжий детина — схватил офицера за ноги и свалил на землю. Подоспевший старшина Иван Марков выстрелом в упор убил фашиста.
Потеряв основные оборонительные рубежи, немцы сделали попытку удержаться на высотах около Севастополя. В эту минуту офицер появился среди бойцов.
— Еще нажмем, ребята, и город будет наш, — призвал Бирюков и бросился вперед, за ним устремились бойцы. В эту минуту был ранен лейтенант Захаров. Бойцы, мстя за кровь командира взвода, с яростью бросились на фашистов, опрокинули их.
— За Захарова! — кричал Бирюков, стреляя в убегавших гитлеровцев. Двенадцать фашистов сразил он и одним из первых ворвался в Севастополь.
… Воспоминания офицера прервал старшина Иван Марков. Вынув записную книжечку, он сказал:
— Я вот, товарищ старший лейтенант, некоторые подсчеты сделал. И что получилось? В боях за Крым наша рота уничтожила 450 вражеских солдат и офицеров, да еще свыше двухсот пленных захватила. А сколько всяких трофеев взяли! Научились воевать.
— Да, научились, — подтвердил офицер. — Я ведь с первого дня на фронте. Всякое, помню, бывало. Наступали мы в сорок втором на высотку одну. Взяли ее, конечно, но людей много погибло. Теперь вижу — с меньшими потерями высоту взять можно было. Не умели мы еще тогда наносить удар там, где враг не ожидает, маневрировать силами. Первый раз одержал я настоящую победу со своим подразделением зимой 1943 года. Обошли противника. с тыла, окружили его в станице и захватили восемьдесят пленных во главе с подполковником.
Поезд шел через Сиваш. Серый, безжизненный берег, желто-зеленая вода, окопы, надолбы из рельсов, доты — все напоминало о трудностях недавней жизни у «гнилого моря».
В это время в вагон прибежал заместитель командира части майор Карасев.
Слышали новость? — спросил он. — Американцы и англичане высадились во Франции.
Долго же союзнички собирались! — сказал Марков.
Все-таки собрались. Теперь легче будет, — промолвил кто-то.
Вряд ли, — высказал сомнение Бирюков. — С нами гитлеровцы будут драться до последнего, не так как с американцами и англичанами. Строй-то у них один— буржуазный. На себя нам надо надеяться, а не на союзников.
Это верно, — подтвердил старшина Марков. — Повоевать еще здорово придется, ребята.
А поезд шел и шел на север. Сердце Бирюкова радостно забилось, когда подъезжали к Курской области.
«Неужели родные места увижу?» — думал он. Чем дальше ехали на север, тем больше было лесов. Белые украинские мазанки сменялись деревянными. избами. Женщины, работавшие на полях, увидев воинский эшелон, шумно приветствовали бойцов.
Вы ведь курский, товарищ старший лейтенант? — спросил старшина Марков.
Курский. Скоро через наш район поедем. В селе Почепном Дмитриевского района я родился…
Соловьев, говорят, у вас в Курской области много.
Много. Красивая у нас природа. И люди тоже. Веселые, трудолюбивые, гордые и храбрые. Из наших мест уж не один Герой Советского Союза вышел. А прежде сотни мужиков из Почепного за свободу сражались. В 1905 году не один десяток моих односельчан на каторгу сослали. Михаила Холопцева приговорили тогда к смертной казни, потом уж вечной каторгой заменили.
— За что?
— Служил в армии, в восстании против царя участвовал. Где-то в Сибири много лет бедовал. Если бы не революция — пропал бы человек. Я мальчонкой был, когда он приехал в село. Хороший человек. Он и сейчас жив.
— Товарищ старший лейтенант, а вы давно дома не были? — спросил старшина Марков. – С 1939 года, с тех пор, как в армию призвали.
А далеко от станции до вашего села?
Двадцать пять километров.
Сходите к командиру части, попроситесь, хоть на денек, — посоветовал старшина. — Сзади много эшелонов идет, догоните нас. О роте не беспокойтесь, полный порядок будет.
Давно мечтал Григорий Иванович побывать дома, посмотреть, как живут родственники, односельчане, пережившие оккупацию. Такую возможность упускать было нельзя, и он побежал к командиру полка. Тот дал отпуск на сутки, начальник штаба тут же выписал документы.
В городе Дмитриеве Бирюков выпрыгнул из вагона и по знакомой с детства дороге быстро зашагал к родному селу. На счастье его нагнала машина; шофер согласился подвести офицера до самого дома. Ехали недолго. Вот и село Почепное, школа, в которой он учился. Вскоре Григорий Иванович обнимал постаревшую мать, четырех сестер и младшего брата Колю. Те со слезами рассказывали, как умер тяжело заболевший во время оккупации отец… Много зла принесли захватчики, но люди уже восстанавливали хозяйство, трудились с подъемом.
Меньше суток провел офицер Дома. Провожали его всем селом. Желали скорее вернуться с победой. Люди не знали, что видят своего храброго земляка в последний раз…
Хотя встреча с родными и близкими была кратковременной, она воодушевила офицера. Догнав эшелон, он горячо взялся за подготовку людей к новым схваткам.
Вскоре рота снова вступила в бой. Вместе с другими подразделениями она быстро сломила сопротивление немцев и стала преследовать их. Гитлеровцы разбегались по лесам, их вылавливали.
Старший лейтенант Бирюков — высокий широкоплечий двадцатипятилетний мужчина — бодро шагал впереди роты и рассказывал:
— В этих местах я воевал в начале войны. Вот сейчас мы по дорогам шагаем, а немцы по лесам прячутся, а тогда все было наоборот…
Войну Григорий Иванович начал танкистом. В первом же бою метким огнем уничтожил немало гитлеровцев, подбил несколько автомашин. Но немцам удалось поджечь танк. С трудом спасся. Пришлось переквалифицироваться — стал пехотинцем. С тех пор и воевал в составе стрелковых подразделений. И воевал отлично, вырос до командира роты. Эта рота была лучшей в части, ей ставились самые трудные задачи.
— Героическая рота, — не раз говорил командир части. — Не было случая, чтобы Бирюков не выполнил поставленную задачу.
… Наши войска быстро двигались к крупному городу. Немцы упорно оборонялись, непрерывно подбрасывали подкрепления. Часть получила задачу перерезать шоссейную и железную дорогу и тем самым помешать переброске вражеских резервов.
Рота Бирюкова находилась в головной, походной заставе и первой подошла к местечку у шоссе. Офицер решил, не ожидая подхода основных сил, атаковать врага. По его команде, взводы, развернувшись в цепь, по высокой ржи бесшумно двинулись к крайним домам. Казалось, немцы ничего не замечают. И тут Бирюков, присмотревшись, увидел, как справа перебегают фигуры в серо-зеленых мундирах. Это были немцы. Они не стреляли, скапливаясь в лощине.
«Значит, нас заметили, — догадался Григорий Иванович, — и собираются неожиданно атаковать е фланга».
Как поступить? Отвести взводы назад? Но тогда атака сорвется, немцы успеют закрепиться в местечке и выбить их будет трудно. И офицер принял смелое решение: первый взвод повернул фронтом в сторону изготовившихся к контратаке немцев, а остальным приказал продолжать двигаться к местечку.
Этот маневр принес успех. Как только немцы поднялись в контратаку, бойцы первого взвода огнем с места заставили их сначала залечь, а потом и отойти. Тем временем другие взводы ворвались в крайние дома. За полчаса упорного боя местечко удалось захватить. Большая группа, немцев, двигавшихся к городу, была разгромлена.
А потом — бой за другой город. Немцы приспособили к обороне все наиболее прочные здания, установили на перекрестках – пушки,
самоходные орудия, танки. С чердаков и крыш высоких – домов, с колоколен церквей строчили пулеметы.
Садами и огородами рота прорвалась далеко вперед и потеряла связь с соседями. Гитлеровцы стали, окружать смельчаков. Тогда Бирюков приказал занять большое здание, из окон которого бойцы отстреливались от наседавших гитлеровцев. Немцы подвезли пушку и стали бить по зданию прямой наводкой. Старшина Иван Марков из снайперской винтовки убил наводчика и двух других артиллеристов, остальных вынудили бежать. Подошел вражеский танк, но, попав под огонь бронебойщика Ивана Парасочки, повернул назад. Рота продержалась до подхода, других подразделений.
Вскоре немцы нанесли сильный контрудар и потеснили левого соседа. Они рвались к городу с северо-запада. Командир части двинул роту Бирюкова на опасный участок. Она остановила врага. В этих боях Григорий Иванович получил смертельное ранение и умер. Однополчане похоронили бесстрашного командира недалеко от Балтийского моря.
Уже после смерти офицера стало известно, что он удостоен высокого звания Героя Советского Союза.
Многие годы Грамота Президиума Верховного Совета СССР о Присвоении Бирюкову Григорию Ивановичу звания Героя Советского Союза хранилась в Москве, так как не оказалось в живых родителей героя.
21 марта 1961 года газета «Правда» сообщила, что Грамота в торжественной обстановке вручена на вечное хранение пионерской дружине села Почепное Дмитриевского района Курской области,, юным землякам героя.
А через шесть лет, 13 марта 1967 года, «Правда» снова писала о селе Почепном Курской области, теперь уже в связи с находкой в Тобольске. Читая письмо политкаторжан и рассказ о судьбе «вечного солдата» Михаила Холопцева, я вспомнил разговор в вагоне, когда, мы ехали из Крыма в Белоруссию, и обстоятельства гибели Бирюкова.

Солдат — вечный. Новый глубокий смысл приобрели эти слова. Они действительно вечные солдаты, люди из простого, русского села Почепное. И Михаил Холопцев, который боролся с самодержавием за народную власть, и Григорий Бирюков, защищавший эту власть с оружием в руках в годы Великой Отечественной войны, и сотни других односельчан многих поколений, своей борьбой и трудом утвердивших на родной – земле счастливую жизнь.
Григорий Бирюков погиб, но он всегда будет жить в памяти советских людей. О его подвигах знают жители не только его родного села и района, но и труженики Крыма и Прибалтики.
Его имя носят пионерские дружины, школы, улицы. Это имя вдохновляет однополчан героя на новые подвиги во славу Родины.
Он — вечный солдат Родины!

Подполковник А. КОРЗНИКОВ.

\»Красный боец\»
______________________________________________

С целью увековечения памяти Героя Советского Союза Бирюкова Г.И. в посёлке Гвардейское (бывшее Сарабуз) Симферопольского района АР Крым одна из улиц носит название имени Бирюкова Г.И.

br /

/p

Добавить комментарий

Пожалуйста войдите в систему для отправки комментария.

 

Май 2010
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр   Июн »
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  

Крымское телевидение

http://itv.in.ua

Последние обновленные